Северная Новгородская Русь имела постоянные торговые связи с Западом и Востоком; южная Киевская Русь находилась в тесной связи с близлежащими странами, в частности, с Византией, а также с Ближним Востоком.
Русские начали совершать паломничества и путешествия в святые земли вместе с принятием христианства, привозя с собой из дальней дороги рукописные сказания о своих странствиях и увиденных землях - хождения. Созданные в порыве благочестия хождения были очень популярным литературным жанром на Руси, но до нашего времени дошли далеко не все произведения этого жанра, а из оставшихся далеко не все могут похвастаться литературными достоинствами, иное дело - "Хождение игумена Даниила", не потерявшее своей литературной и научной значимости и по сей день.
Об авторе самого старого из дошедших до нас хождений известно крайне мало. Игумен Даниил происходил из Черниговского княжества, принял постриг в Киево-Печерской лавре, а по возвращении из паломничества был поставлен епископом Юрьевским. За всю свою жизнь Даниил написал множество литературных произведений как духовного, так и светского характера ("Повесть о Шарукановом походе"), но обессмертило его имя описание паломничества в Палестину, совершенного им в 1106-1107 годах.
В путь игумен Даниил отправился в 1106 году в сопровождении еще 6 человек, при этом все они были людьми мирскими, ведь паломничество полностью профинансировали русские князья и не столько для того, чтобы уточнить дорогу к библейским местам, сколько для того, чтобы понять, что же из себя представляют устремившиеся на Ближний Восток из Европы крестоносцы и представляют ли они опасность для русских земель.
Во время их странствий шла война между крестоносцами и сарацинами (арабами). Но враждующие стороны не препятствовали русским путешественникам.
По словам Даниила, никаких особых задач перед собой он не ставил, «но только ради любви к святым местам написал обо всем, что видел своими глазами… и написал о путешествии ради верных людей. Да кто услышит (или прочтет) о местах святых, устремился бы душою и воображением к этим святым местам».
Религиозная цель в данном случае оказалась очень благоприятной для географии: путешественник делал читателя как бы своим спутником. Записки Даниила – путевые очерки. Они описывают природную и социальную обстановку, политическую ситуацию, памятники культуры, преимущественно относящиеся к библейским сюжетам.
По сути дела – это путеводитель, составленный просто и ясно, без излишних словесных красот и домыслов. Например, о пути от Иерусалима к Иордану сказано: «Путь очень тяжек, страшен и безводен; горы высокие скалистые, на дорогах много разбоя… От Кузивы (Эль-Кельт) до Иерихона пять верст, а от Иерихона до Иордана шесть верст по ровному месту, в песке, путь очень тяжек. Многие люди задыхаются от зноя и умирают от жажды водной. Мертвое море вблизи от этого пути, исходит от него дух знойный, смердящий, сушит и сжигает всю эту землю».
Посещение святых мест, судя по всему, помимо паломничества имело целью разведать военно-политическую обстановку в районе военных действий, результаты которых могли оказать влияние и на Киевскую Русь, учитывая ее связи с Византией.
Даниил добросовестно «написал обо всем, что видел своими глазами», в том числе и «Пуп земли», находящийся под куполом иерусалимской церкви Вознесения в 12 саженях от Голгофы. По-видимому, он был сторонником модели Мироздания, предложенной византийским географом Косьмой Индикопловом: плоская земля под хрустальным небосводом, окруженная океаном. Хотя не исключено, что он имел в виду не географический, а духовный центр обитаемого мира.
Тогда в тех краях еще оставалось немало лесов. «В зарослях водится зверей много: бесчисленное множество свиней, много и барсов тут, и даже львов». Он рассказывает об увиденном и пережитом порой с восхищением: «Здесь же протекает обильный водою поток, он красиво течет по камням в Иордан. Вода потока студена и очень вкусна. Эту воду пил Иоанн Предтеча, когда жил в пещере».
Паломников из Руси одинаково хорошо встречали и «сарацины» (мусульмане), и католики-крестоносцы. Русские люди, ходившие без оружия, умели ладить и с теми, и с другими – ценное качество, которое помогло нашим предкам объединять разные племена и народы, создавая могучую многонациональную державу.
Доверительно относясь к библейским преданиям, Даниил не демонстрирует религиозный экстаз и не фантазирует. За это он даже извиняется перед читателем (зная, какие небылицы желали бы услышать от него фанатики): «Да простите меня, братья, отцы и господа мои, не пренебрежите худоумием моим, что написал не искусно, а просто о местах святых, о Иерусалиме и о земле обетованной. Хотя и не мудро написал, но не ложно: как видел своими глазами, так и написал».
Он отдавал первенство правде, реальности, здравому смыслу. И в этом можно усмотреть качества человека Возрождения.
"Хождение игумена Даниила" представляет собой ценный историко-литературный памятник, запечатлевший Ближний Восток в начале XII века, во время крестовых походов. Высокая литературная ценность "Хождения игумена Даниила" делает его одной из самых читаемых русских книг уже на протяжении 900 лет, более того, можно сказать, что литературный жанр хождений начал свою историю именно с него, а начало этому новому явлению в русской культуре положил скромный монах из Чернигова Даниил.
Вторым монахом, совершившим путешествие около 1370 г. (паломничество) в Святую землю был архимандрит Агрефений (в ряде изданий его называют по-разному: Агриппа, Грефений, Парфений, но в православных именно так - Агрефений).
Агрефений был настоятелем монастыря, посвящённого Богородице в Смоленске. Его рассказ о путешествиях — под названием «Хождение архимандрита Агрефения из монастыря Пресвятой Богородицы» — был написан вскоре после его возвращения в 1370-х годах. Он сохранился в кодексе с Рогожского кладбища. Рогожский летописец датируется XV веком и сегодня хранится в Москве, в Российской государственной библиотеке.
Рассказ Агрефения представляет большую историческую ценность. Возможно, он был первым русским, посетившим Египет, или, по крайней мере, первым, кто оставил описание своего визита в Каир и Александрию. Он пишет, что путь из Газы в Каир занял двенадцать дней, а оттуда в Александрию — ещё шесть. Однако это не обязательно означает, что он совершил это путешествие. Он указывает пятнадцать дней пути от Газы до горы Синай и говорит, что "до нее добирались православные христиане, но дальше этой точки православные христиане идти не могут".
Агрефений посетил множество церквей и монастырей и это является ценным источником информации об их состоянии в конце XIV века. Он сообщает, что монастырь Святого Феодосия лежал в руинах, и является последним источником, упоминающим монастырь Хозиба. Он посетил армянскую церковь Святого Иакова, где увидел два красных камня в ящике перед зданием. Он говорит, что они были небольшими и один человек мог поднять их оба сразу. Он первым указал на то, что было два камня, а не один, которые, согласно легенде, были привезены с Синая для Марии, матери Иисуса, чтобы она использовала их в качестве алтаря.
Агрефений исследовал монастырь Святого Саввы, подтвердив и опровергнув сообщения о работах, проведённых на средства императора Иоанна VI Кантакузина (годы правления 1347–1354). Он сообщает, что большая церковь, или кафоликон Богородицы, была разрушена, и от неё остался только алтарь. Ремонт, который приписывают Кантакузину, либо не был проведён, либо был быстро свёрнут. Он пишет, что часовня Святого Николая Мирликийского была заперта и находилась под контролем грузин, когда он её посетил. Он видел эдикулу (ниша, покрытая фронтоном) с шестью колоннами, которую Кантакузин перестроил над могилой Саввы, но не упоминает о мощах святого, которые либо ещё не были перенесены туда, либо находились в другом месте, скрытом от посетителей. Он поднялся в келью Саввы по двум лестницам и сообщил, что там есть часовня. Он был первым автором, упомянувшим келью Иоанна Дамаскина, в которую можно было попасть по лестнице, ведущей от руин большой церкви. Он также видел заброшенную башню, в которую можно было попасть через пещеру, и три резервуара для воды, два из которых предназначались для вьючных животных.
В Иерусалиме Агрефений наблюдал за эфиопской службой в Храме Гроба Господня Это ценный рассказ об эфиопской общине в Иерусалиме и её религиозных ритуалах. Он отмечает, что «церковь Гроба Господня занята круглый год» и в ней служат «шесть отцов из греческой, грузинской, францисканской, армянской, и эфиопской церквей». Примечательно, что он не делает различий между эфиопами и коптами Он называет эфиопов хабежи, то есть (абиссинцами). Это первый российский отчет о паломничестве, в котором упоминаются эфиопы на Святой Земле, и "очевидно, он был первым русским, наблюдавшим большую группу эфиопов". Агрефений посетил Мёртвое море и рассказал о соли на его берегах.
(из подготовленной к изданию книги А. Медельцова «Русские путешественники и первопроходцы», а также книги А. Медельцова «Избранное по истории религии и Православия». Минск, изд. «Колорград», 2024)
Александр Медельцов
Историк, член Союза писателей Беларуси