Отец Александр Данкевич умер в 1870 году. Минские епархиальные ведомости начали печататься с 1868 года. Потому собрать масштабно биографическую информацию о священнике Александре из хроник ведомостей невозможно.
Чтение
Не рассказать о втором настоятеле нового величественного каменного собора города Борисова, используя фактологию Минских епархиальных ведомостей, которой не мало, просто было бы со стороны современного пастыря-исследователя неисправимой ошибкой. Ведь жизнь отца Фомы с ее перипетиями и резкими изворота судьбы, как никакая иная – яркий пример и назидание нам.
С 1569 г., после подписания Люблинской унии, земли Великого княжества Литовского, включая Борисов, вплоть до второй половины XVIII в. находились в составе Речи Посполитой.
Дионисий является ведущим московским иконописцем и мастером фресок конца XV — начала XVI веков. Считается, что Дионисий первый известный по документам русский иконописец светского сословия.
История отца Василия одновременно показательна и трагична.
Имя Феофана Грека стоит в первом ряду древнерусских иконописцев, его выдающийся талант признавали уже современники, именуя «философом зело хитрым», то есть весьма искусным.
28 октября (10 ноября) 1917 года на Всероссийском Поместном соборе было принято решение о восстановлении патриаршества. Патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Тихон. 21 ноября в кремлёвском Успенском соборе, в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы состоялась его интронизация.
Жизнь и служение этого пастыря при внимательном изучении исследователя была очень сложной по своим перипетиям и трудная для человеческой души.
В истории Русской Православной Церкви достойное место принадлежит человеку необычной судьбы, прошедшему сквозь все тернии и ставшему затем Патриархом Московским и всея Руси — Пимену (Сергию Извекову).
Сохранилось представление о Рублёве, как о человеке доброго, смиренного нрава, «исполненного радости и светлости». Ему была свойственна большая внутренняя сосредоточенность. Все созданное им – плод глубокого раздумья. Окружающих поражало, что Рублёв подолгу, пристально изучал творения своих предшественников, относясь к иконе как к произведению искусства.